Первые годы Романовых

Первые годы Романовых

В 1613 году Михаилу Федоровичу было 15 лет. Выбрали его не совсем случайно. Род Романовых был в прямом родстве с Рюриковичами (отец был двоюродным братом последнего царя), а без такого родства в те времена было никак не обойтись. Да и вообще, древность рода считалось крутым достижением, которое давало серьезные преимущества. Например, Царь Федор Иванович Рюрик старательно пытался извести Шуйских. Те вели свой род от суздальских князей, а род Рюриковичей по сравнению с ними был пожиже. Иными словами, они были его прямыми конкурентами и формально имели больше оснований на престол.

Для совсем уж укрепления легитимности избрания, как-то «сама собой» завелась легенда о том, что царь Федор Иванович на смертном одре повелел отдать все Михаилу Федоровичу. Вот так прям и сказал, вот этому младенцу царство и отдайте, нутром чую годный царь будет. (Напомню, что на этом одре Михаил Федорович лежал в 1598-м, а новому царю 15 лет, т.е. он только родился успел)

Оглянулся вокруг молодой царь и увидел обширную Русь в ее обычном состоянии: все плохо. Экономика после войны и беготни полностью рухнула, денег в казне нет, поляки на западе, шведы на севере и еще местные зуб точат.

Первым делом нужно было решить проблемы с экономикой. Венчание на царство отдельный пышный обряд и отказываться от него нельзя, ни бояре, ни другие монархи не поймут. Хихикать начнут, будут королю шведскому шептать: «Представь, тут у этих дикарей восточных очередного царя выбрали (нет, ты сам подумай: выбрали! царя! царя выбрали, Карл!), а денег нет совсем. Царь все-таки гордыню смирил и обряд значительно упростил, чуть ли не пешком до храма сходил, там его маслом помазали и на скромный стул посадили. Но теперь он стал царь официально.

Делу это, конечно, помогло, но не сильно. При всей скромности, событие все-таки международного масштаба, сразу понаехали послы: а уж им нужно подарков надавать, Москву заново отстроить, за последние 20 лет ее кто только не сжигал. До кучи к проблемам еще один  прикол организовался, пока вся эта история со смутой крутилась, «потерялись» учетные книги, по которым налоги собирали, т.е. досмутные налоги теперь как бы и не существовали.

А что нужно делать, когда в государстве денег нет и непонятно где их взять? Правильно, ввести новые налоги. Поэтому предложили собирать пятину, т.е. пятую часть дохода. Собранных денег едва хватило, чтобы с войсками расплатиться. Царь вошел во вкус и провернул эту операцию трижды. Хотел и дальше, но на третий раз крестьянство уже как-то ненавязчиво косилось на дубину. Царь все понял и решил таки устроить первую всероссийскую перепись. Повесил на границе табличку «Учет» и приступил. Кроме уточнения налоговой базы он еще заодно порядок навел с подворьями, которые местные лихие люди под шумок себе захватили.

Помимо денег, коллеги могли засмеять царя и за потерю земель. Иными словами, вопрос шведов в Новгороде и поляков в Смоленске надо было как-то решать, и чем скорее, тем лучше. Там ведь как, если долго не чесаться, то захватчик потом принесет бумажку: «Вот смотри, тут мой дед сидел, а твоего деда не было, так что мое все». А тебе и сказать нечего, хоть твой дед и князь, и вообще самодержец всероссийский, и по всяким Смоленскам ему сидеть ну вот никак некогда. Так что сразу после восшествия на престол отправился царь в поход. Со Смоленском сходу не вышло, поляки наваляли, а вот игра со шведами закончилась в итоге в нашу пользу, хоть поле внезапно поменяли с Новгорода на Псков. Шведы согласились на переговоры и Новгород таки вернули, правда все побережье Финского залива пришлось оставить им. Ну да ничего, Петр Алексеич его потом обратно заберет у надменного соседа.

Сословия и система управления в государстве

По тем временам была достаточна стандартная для феодализма средней руки. Типичное сословное общество. Первое сословие — военные или служилые люди. Они состояли на военной службе у государя и для самообеспечения им выдавали земельные наделы (владеть землей тогда мог только царь и они) — дворы. Что и послужило источником их последующего именования — дворянство. На верхушке дворян были бояре, потомки древних княжеских родов или московского дворянства.

Вторым сословием было духовенство. Имели треть земель и занимались всем подряд, от земледелия до банковского дела.

Третье сословие, как обычно, самое многочисленное, крестьяне. Основные производители продуктов питания на долгие годы вперед.

Четвертое сословие — ремесленники.

В государстве главным во всем был царь, рядом с ним была узкий круг самых родовитых дворян — Боярская Дума. Все госдела царь обсуждал с Думой, никакой демократии там не было, если царь чего говорил, то так оно и было, но поспорить иногда можно было, но зарываться было вредно для здоровья.

Время от времени (ежели царь скоропостижно помер или нужно что-то очень уж совсем глобально решить) созывался Земский собор. В соборе участвовали все сословия, кроме, как обычно, самого многочисленного: крестьян. На решения собора царь мог, в общем-то внимания не обращать, но это здоровья уже ему самому не улучшало.

Так же существовал механизм Приказов, что-то вроде министерств. Аптекарский приказ — минздрав, посольский приказ — МИД и т.д. Занимались всеми текущими делами, которые не требовали участия царя и бояр. И если было чего серьезное, то дело передавалось в Думу.

Внешняя политика

Новгородом и Смоленском драка не закончилась. Вокруг оставалось еще немало проблем. На юге крымский хан регулярно делал набеги и доезжал чуть ли не до Москвы, хоть и делал вид, что просто прогуливается. На западе поляки, на северо-западе все так же остались шведы. Крымцы были мусульмане, поляки католики, шведы протестанты. Как ни странно, с последними договориться оказалось проще всего. Швеция на некотороые время даже была вроде как союзником и особо не беспокоила. В середине 17-го века решили что-то сделать с крымчаками, восстановили линии обороны, потрепали их в боях, но толком ничего не решили. Больше всего зуда добавляли поляки. Те еще помнили, что Владислав вроде как официальный наследник престола и регулярно это напоминали. В конце-концов, в 1634-м году был заключен Полонский мир, который толком ничего не дал, но хоть на 20 лет границу устаканил. С поляков стребовали обратно бумагу, в которой предлагали Владиславу всем царствовать и нами владети, но поляки как-то потупились и сказали что ее посеяли.

К концу правления Михаила Федоровича (а правил он 30 лет) значительную часть экономических и политических проблем удалось решить. Из разрушенного государства получилась держава аж до Тихого океана. Не ошибся Федор Иванович.